Николай Ге — любимый художник Льва Толстого
В 1891 году русский меценат Павел Третьяков купил портрет Льва Толстого работы Николая Ге. В его галерее уже было несколько других портретов Толстого — работы Ивана Крамского и Ильи Репина, одного из любимых художников Третьякова. Он считал, что у Репина большое будущее, и заказал портрет Толстого.
Третьяков менее восторженно относился к работам Ге. Безусловно, его работы имели ценность, иначе знаменитый меценат не стал бы тратить деньги на свои картины. Тем не менее впоследствии сам Толстой сказал Третьякову, что: «Ге — это Монблан между живописцами!»
Несмотря на отсутствие энтузиазма у Третьякова, изображение знаменитого русского писателя Ге стало самым узнаваемым среди всех его портретов. Широкая публика встретила эту картину аплодисментами. Те, кто никогда не видел Толстого вживую, а потом довелось с ним встречаться, говорили: «Он такой же, как на портрете Ге!». Это был успех.
Ге изобразил Толстого за работой в кабинете его дома в Хамовниках. Это было сделано в 1884 году, когда писатель работал над своей книгой «Что такое моя вера». Картина Ге представляет собой типичный портрет писателя, в котором все внимание сосредоточено на человеке, а весь фон практически не играет никакой роли.
Процесс творчества, процесс мысли и концентрации. Задумчивый, серьезный, но все же в чем-то расслабленный. Ге пытался отобразить внутренние процессы, которые в итоге проявляются в мимике лица писателя. На первый взгляд эта картина может показаться немного мрачной, но художник хорошо поступил, добавив лучи света, которые оживляют серьезное лицо Толстого и расслабленную руку с пером. Все мелкие детали на столе создают атмосферу, которая ассоциируется у зрителя с образом писателя.
Толстой написал мнение, что все те тысячи молодых людей, которые участвуют в сборе данных переписи, должны также внести свой вклад в пользу нуждающихся. Так как им предстояло идти по разным и отдаленным районам Москвы, то на их пути будет много бездомных, которые будут рады получить кусок хлеба. Нуждались тысячи людей. Бездомные, старые и инвалиды. Толстой предлагал конкретные меры, которые можно было бы предпринять для улучшения ситуации. Он хотел мотивировать людей, чтобы они помогали не просто деньгами или товаром, а вовлеченностью и пониманием этих проблем. Хороший повод поучаствовать.
Ге, имевший очень эмоциональную натуру, был очень тронут таким вдохновляющим произведением Толстого. Он описал свои ощущения: «Внутри меня все начало гореть!» У него было огромное желание поехать в Москву и встретиться со знаменитым писателем. Выказать Толстому уважение, которого он заслуживает, обнять его и работать на него. И Ге так и сделал. Когда он встретил Толстого, он обнял его и сказал: «Вот ваша дочь — вы хотите, чтобы я сделал ее портрет?» Толстой ответил: «Лучше портрет моей жены». Ге сделал это, и так началась их дружба.
В дальнейшем восхищение Ге Толстым только росло. Однако не скажешь, что это было просто слепое преклонение перед известным деятелем. У них обоих были схожие убеждения и взгляды на жизнь и искусство. Это был совместный процесс изучения общей, но все же немного отличающейся точки зрения. Ни одному из них не пришлось отступить от своих убеждений в пользу друга. «Если меня не будет в комнате, Николай Николаевич скажет то же самое, что и я», — часто говорил Толстой членам своей семьи.
Однако это была не единственная попытка Толстого украсить наследие своего близкого друга. Ге столкнулся с критикой со стороны других художников и искусствоведов, когда стал старше. Даже меценат Третьяков потерял всякий интерес к покупке его работ. Он считал более поздние работы Ге недостаточно художественными для своей коллекции. Тем не менее Толстой всегда был на защите своего друга. До самой смерти великий русский писатель продолжал напоминать публике о таланте Ге, говоря: «Ге — один из величайших художников, создавший свою эпоху в живописном ремесле».
Действительно, в произведениях Николая Ге было много контрастных тем. Он путешествовал по Европе и сделал несколько световых сцен из итальянских пейзажей. Он также работал над серией исторических картин, в том числе над сценой с Петром Великим. Более поздние этапы жизни Ге принесли противоречивые религиозные темы, которые вызвали цензуру и запреты со стороны правительства. Их дружба с Толстым длилась чуть более десяти лет, но оказала большое влияние на его наследие. Не только благодаря спасению произведений Ге, но и благодаря чистой оценке его работ. Если Лев Толстой считал конкретного художника Монбланом среди живописцев, значит, он что-то делал правильно.